|
Очередные армянские притязания на Карабах: XVIII век
Очередные армянские притязания на Карабах:
XVIII век
Гюльтекин Наджафли,
кандидат исторических наук
После убийства
иранского завоевателя Надир шаха Афшара (1747) "карабахские мелики подчинились
представителю местного племени джеванширов, вождю племенного союза "Тридцати
двух" Панах хану Сарыджалинскому… Карабахское ханство со столицей в крепости
Панахабад (Шуша), выстроенной Панах ханом в 1751 г., за короткий срок
превратилось в одно из сильнейших азербайджанских ханств"1. Однако эти
христианские, албанские по происхождению мелики, покровительствуемые Россией,
всеми средствами подрывали независимость государства2.
Политика создания на
азербайджанских землях христианского государства с подачи армян превратилась в
80-е годы
XVIII
в. в один из приоритетов внешней политики Российской империи на Южном Кавказе.
После победы в войне 1768-1774 гг. с Османской империей и заключения выгодного
для Петербурга Кучук-Кайнарджийского мирного договора Россия активизировала свою
политику в регионе. В свою очередь, армянские группировки как в России, так и в
других странах принялись разрабатывать планы по созданию армянского государства
на азербайджанских землях, главным образом в Карабахе. Так, выходец из Хамадана
Иосиф Эмин, ставший "идеологом армянского национально-освободительного
движения", представил план создания "объединенного армяно-грузинского
государства" во главе с грузинским царем Ираклием
II,
которому отводилась роль объединителя карабахских меликов3. Сходный проект
выдвинул в своем обращении к эчмиадзинскому католикосу Симону идеолог армянства
Ш.Шаамирян. Учитывая малочисленность в то время армян на Южном Кавказе, он
рекомендовал привлечь к предстоящей борьбе албанскую церковь, подчиненную
армянской, но прежде всего обратиться к императрице Екатерине
II,
ибо считал Россию главным оплотом армян4.
Пристальное внимание
армянских идеологов к Картли-Кахетинскому царству, которому отводилась
определенная роль в создании армянского государства в регионе, свидетельствует о
том, что в условиях незначительной численности армян на азербайджанских землях
идея создания армянского государства не имела каких-либо демографических и
социально-экономических предпосылок.
24 января 1780 г. из
Москвы в Астрахань был направлен А.В.Суворов с инструкцией собрать подробные
сведения об Иране и Азербайджане, особенно о населенных пунктах, путях сообщения
Карабаха и Иревана5. В приложении к рапорту Суворова на имя Г.А.Потемкина от 15
февраля того же года содержались донесения прибывших в Астрахань карабахских
меликов Адама и Усуба о событиях в Карабахском и Иреванском ханствах6. В
документе, опубликованном в томе 4 "Армяно-русские связи" под общей редакцией
М.Г.Нерсисяна, нигде нет словосочетаний "армянские мелики" и "армянская
территория", тогда как А.Р.Иоаннисян в своем комментарии к этому документу без
всяких на то оснований называет меликов армянскими, а данную территорию -
Арменией7.
Среди приложенных к
работе А.Р.Иоаннисяна документов - обращение к Екатерине
II,
Г.А.Потемкину и А.В.Суворову от имени некоторых карабахских меликов-христиан от
2 сентября 1781 г8. Комментируя этот документ, автор публикации указывает, что
они "относили себя к роду Аршакидов и албанских (агванских) царей" и просили
Екатерину
II
"помочь армянскому народу и освободить его от врага"9. Алогичность здесь
предельно очевидна: с одной стороны, признается албанская национальность
меликов, с другой, - отмечается, что ониякобы просят Россию оказать помощь
армянам. По-видимому, Иоаннисян самолично добавил в текст документа упоминание
об армянах. Далее в документе описаны природные ресурсы и плодородные земли
Карабаха, отмечено наличие богатых месторождений золота, серебра, свинца,
посевов хлопчатника, риса и других культур, развитого виноделия10. В документе
говорится, что "во время похода русских войск христианские мелики поднимутся на
вооруженную борьбу против мусульманского населения" и содержится просьба
"направить в Карабах 10 тысяч пехоты и доверить командование этими силами именно
А.В.Суворову"11. При этом автор публикации произвольно арменизировал фамилию
одного из меликов, представителя албанского рода Меликовых, посредничавшего в
сношениях Суворова с христианскими меликами Карабаха и значившегося в
официальных документах под именем Сергея Агаджанова12, переправив ее на Саркиса
Агамяна13.
В 1782 году
правительство России назначило Г.А.Потемкина главнокомандующим на Кавказе, а его
близкого родственника П.С.Потемкина - начальником Кавказской оборонительной
линии. Согласно инструкции Г.А.Потемкина от 6 сентября того же года,
П.С.Потемкину вменялось в обязанность в первую очередь наладить связи с Ираклием
II и
армянами. 21 декабря П.С.Потемкин направил армянскому архиепископу в России
И.Аргутинскому письменный запрос14, в котором, в частности, интересовался числом
христианских меликов и количеством населения в Карабахе. В запросе говорится:
"Где расположена цитадель, в которой укрепился шушинский хан, каковы ее
окрестности, как можно приблизиться к этой цитадели? Прошу вас сообщить мне о
путях, ведущих к этой знаменитой и считающейся неприступной крепости…"15.
В обращении
И.Аргутинского к П.С.Потемкину от 28 января 1783 года излагается история
карабахских меликов с начала
XVIII
столетия. Касаясь их отношения к своему сюзерену - Ибрагимхалил хану
Карабахскому, автор характеризует мелика Шахназара как человека коварного и
лживого, но в то же время преданного хану. "Нельзя доверять также мелику
Мирзахану… Лишь мелик Адам и сын мелика Юсифа заслуживают доверия"16. Из этих
данных явствует, что, хотя армянские историки объявляют всех карабахских
албанских меликов "армянскими" и возводят их чуть ли не в ранг "национальных
героев" армянского народа, часть их сохраняла верность Ибрагимхалил хану и
сторонилась происков армянских деятелей определенного толка.
Тем временем Россия,
вынашивая планы вторжения на Южный Кавказ, ждала от армян "просьбы о помощи и
покровительстве"17. Такого рода обращения, направляемые от имени карабахских
меликов тайком от Ибрагимхалил хана, главным образом через того же
И.Аргутинского18, представляли собой испытанное еще со времен Петра
I
прикрытие для российской монархии при продвижении на Кавказ. Но письмо
российского дипломата Рейнегса мелику Абову о плане свержения Ибрагимхалил хана
с престола и "возрождения армянского царства" после запланированного российского
похода в Азербайджан оказалось в руках хана19, который принял меры против
меликов-изменников. Для укрепления своего престола Ибрагимхалил хан стремился
проводить сбалансированную внешнюю политику, лавируя между Османской и
Российской империями. Еще весной 1783 года Ираклий
II
направил П.С.Потемкину письмо, в котором дал понять о желании Ибрагимхалил хана
заручиться российским покровительством. Безусловно, карабахский хан рассчитывал
путем сближения с Россией не только обеспечить независимость собственного
государства, но и лишить своих вассалов-меликов российской опоры. Но это шло
вразрез с планами Петербурга в отношении Азербайджана. Накануне подписания в
1783 году Георгиевского трактата с Грузией Г.А.Потемкин сообщал Екатерине
II:
"…Как только возникнет благоприятная возможность, нужно свергнуть Ибрагим хана и
передать его область национальной власти (имеются в виду мелики - Г.Н.). Тем
самым в Азии в соответствии с Вашим обещанием будет создано христианское
государство, которое при моем посредничестве будет вручено армянским меликам"20.
С целью
осуществления этого плана Г.А.Потемкин в секретной инструкции командующему
российскими силами на Кавказе от 6 апреля 1783 г. писал: "Шушинский Ибрагим хан
непременно должен быть отстранен от власти, после чего Карабах составит
самостоятельную армянскую область, ни от кого кроме России не зависящую. Вы
пустите в ход все возможности для организации этой новой области. Таким образом,
армяне из других областей будут стекаться сюда"21. Отсюда нетрудно увидеть, что
план создания в Карабахе искусственной "армянской области" имел далеко идущие
цели, а именно способствовать укрепдению России на Южном Кавказе в
долговременном плане.
В неблагоприятной
международной обстановке, обусловленной прежде всего поражением Османской
империи в очередной войне с Россией, Ибрагимхалил хану ничего иного не
оставалось, как путем политического маневра избежать опасности с севера. И 6
апреля того же года П.С.Потемкин получил от него послание, по ознакомлении с
которым Екатерина
II
писала, что "если к принятию Ибрагимхалил хана в российское подданство нет
каких-либо сложностей или сомнений, то с ним можно заключить договор, схожий с
договором о подданстве, который будет заключен с Ираклием
II"22.
Поэтому в своей секретной инструкции от 19 мая 1783 г. Г.А.Потемкин признал, что
"повиновение шушинского Ибрагим хана и его прошение о принятии в российское
подданство предотвратили падение ханства"23.
После заключения
Георгиевского трактата 1783 года о принятии Картли-Кахетинского царства в
российское подданство Петербург активизировал свою политику в отношении
азербайджанских земель. П.С.Потемкин ждал от Г.А.Потемкина дальнейших инструкций
о характере правления и размерах территории "армянского государства", которое
планировалось создать на землях азербайджанских ханств24. Возможно, поэтому 6
февраля 1784 г. в Тифлис прибыл посланник Ибрагимхалил хана Мирза Вели,
доставивший его обращение к Екатерине
II.
Выражая готовность принять российское подданство, хан желал узнать, будут ли в
этом случае ему даны "гарантии, что никто не станет вмешиваться в его внутренние
дела и управление поместьями и что ему будет оказана помощь в борьбе с
врагами"25. Из этого явствует, что хан знал о планах России против него и, со
своей стороны, принимал упреждающие меры.
Вскоре Ибрагимхалил
хан предпринял еще один демарш: в начале мая того же года его доверенное лицо
Хаджи Исмаил прибыл в Тифлис и от имени сюзерена спросил Ираклия
II:
может ли он гарантировать, что после принятия российского подданства какая-то
часть поместий хана не будет отобрана и передана кому-то еще26. В июле же везир
Ибрагимхалил хана отправился в Петербург, где был принят с почестями,
оказываемыми послам крупных держав27. Несомненно, причиной столь повышенных
знаков внимания стали авторитет самого Ибрагимхалил хана, лидера азербайджанских
ханств, сила Карабахского ханства, и, конечно, его тесные отношения с Османским
государством28. В том же 1784 году заключенные в шушинскую тюрьму мелики бежали
в Картли-Кахетинское царство, где присоединились к объединенным силам России и
Ираклия
II,
готовившимся выступить против Карабахского ханства. Грузинский царь планировал
разделить азербайджанские земли с Россией. В одном из своих писем в Петербург он
писал: "России выгодно завладеть Азербайджаном… Потом уступите мне часть этих
земель"29.
Пока
союзники вели подготовку к военной операции, И.Аргутинский доносил
Г.А.Потемкину: "если русская армия сумеет продвинуться до Гянджи, то мелики
присоединятся к ней, и вместе они смогут захватить весь Карабах, включая даже
Шушу" 30.
Показательно, что
еще годом раньше, в мае 1783 года, Г.А.Потемкин отдал П.С.Потемкину приказ: "В
связи с мерами России в Армении (этим термином автор именует
западноазербайджанские земли - Г.Н.) и Карабахе следует постоянно держать армян
в готовности, и во имя создания в Азии под высоким покровительством России
сильного христианского государства, состоящего из территорий Армении и Карабаха,
армян необходимо приласкать". И далее: "…шушинский Ибрагимхалил хан должен быть
свергнут, а в Карабахе организована самостоятельная армянская область под
покровительством России"31.
В
августе того же года патриархи Араратский и Гандзасарский направили князю
Г.А.Потемкину письмо, подписанное и христианскими меликами. В нем выражалась
готовность оказать российской армии, которая вступит в Азербайджан, и в первую
очередь в Карабах, всяческую помощь32.
Стоит отметить, что
в работах армянских неизменно делается акцент на письма живших в Карабахе армян,
содержащих жалобы на "страдания под гнетом неверных", на "жизнь в условиях
голода и нищеты"33. В то же время они старательно обходят молчанием другие
письма, которые свидетельствуют о совсем иной картине жизни армян в
Азербайджане. В них содержатся обещания "нищих" армян передать российским
войскам в случае их прихода в Карабах 60 тыс. пудов муки, 10 тыс. голов крупного
рогатого скота34.
В письме
П.С.Потемкина Г.А.Потемкину от 2 июня 1784 г. говорится: "Если Фатали хан
(Кубинский - Г.Н.) со своими войсками подойдет к Гяндже, то с Вашего позволения
мы окажем помощь армянам"35. Таким образом, российские высокопоставленные
сановники открыто выражали намерение оказать армянам военную помощь. В этом
контексте интересно письмо И.Аргутинского Г.А.Потемкину от 10 сентября 1784 г.,
в котором говорится: "Если Ибрагим хан примет покровительство императрицы, то
пусть мелики будут приняты под покровительство России в особом порядке и
останутся самостоятельными, завися лишь от Ираклия
II"36.
Глава армянского духовенства в России явно опасался возможности заключения
Россией договора с карабахским ханом в ущерб армянам.
С началом в 1787 г.
новой российско-османской войны Петербург с целью укрепления Кавказской
оборонительной линии отозвал свои войска из Азербайджана. Вместе с объединенными
силами России и Ираклия
II,
выступившими из Карабаха в обратный путь 18 сентября, пришлось уйти и
меликам-предателям37. В итоге, план России по созданию на азербайджанских землях
армянского государства потерпел в то время неудачу.
Весной 1796 г.
Россия начала второй каспийский поход под командованием генерала Валериана
Зубова, которого местные армянские лидеры называли "спасителем христианства" на
Южном Кавказе. И небезосновательно, поскольку среди данных генералу инструкций
важное место занимало использование религиозного фактора, защита интересов
христианского населения региона38. Примечательно, что советником В.Зубова
являлся армянский священник Иосиф Степан Давудов39. Одновременно И.Аргутинский
направил карабахским меликам обращение о том, что главной целью каспийского
похода является избавление армян от мусульманского гнета
40.
Однако внезапная
кончина Екатерины
II
в 1796 году и осложнившиеся отношения с европейскими державами вынудили Россию
прервать каспийский поход В.Зубова. Таким образом, проект создания на
азербайджанских землях армянского государства, который, казалось, вот-вот
осуществится, был временно спрятан под сукно.
|
